Иллюстрация концепции 15-минутного города Карлоса Морено

Рукой подать: 15-минутный город как модель здоровой и благополучной жизни

Эпоха пандемии, подарившая нам опыт удаленной работы и лишний раз подчеркнувшая ценность здорового образа жизни, в очередной раз поставила под вопрос существование городов в том виде, к которому мы привыкли. Последние годы весь мир с новым рвением увлекся идеей 15-минутного города: когда все необходимое для комфортной жизни – от парка до места работы – есть в пешей доступности от дома.

Немного теории

Одна из самых больших проблем современных мегаполисов — значительные расстояния, которые люди вынуждены ежедневно преодолевать, чтобы добраться до школы, работы, необходимой инфраструктуры. И это не только потеря времени: это колоссальные пробки (а с ними и испорченный от выхлопов воздух города), перегруженный городской транспорт и заметное ухудшение здоровья людей, которые просто не успевают лишний раз погулять и пройтись пешком – они спешат преодолеть эти бесконечные расстояния. А ведь все врачи в один голос повторяют: регулярно ходить пешком — один из лучших способов укрепить здоровье и продлить жизнь. По статистике Гарвардского университета, увеличение количества пеших прогулок и пресловутые 10 тысяч шагов в день помогают снизить возникновения заболеваний, связанных с проблемами сердечно-сосудистой системы, на 31 %, а риск смерти — на 32 %.

В основе концепции 15-минутного города лежит идея децентрализации городской жизни во всех ее проявлениях. Главная идея – все самое важное, от парка до места работы, находится в пределах 15-минутной прогулки, как максимум — поездки на велосипеде. Снижение зависимости от транспортных средств должно помочь сократить использование топлива, выбросы углерода и загрязнение воздуха  и улучшить здоровье как людей, так и всей планеты.

От компактного города к полицентричному

Прародителем 15-минутного города стал город компактный — понятие, возникшее в противовес хаотичной и «расползающейся» городской застройке (другое название — интенсивный город). В нем мерилом компактности считается плотность застройки, которая, будучи высокоплотной, обусловливает возникновение оптимальным образом организованной инфраструктуры. При этом природные, человеческие и территориальные ресурсы используются максимально эффективно: доказано, например,  что в городах с высокоплотной застройкой (более 250 человек/га) качество жизни и эффективность экономики выше, чем городах, застроенных с плотностью менее 50 человек/га. Развивать большой город интенсивно — это развивать его «внутрь», уплотнять и перестраивать уже существующие районы. Фактически речь идет о том, чтобы превратить один большой город в связную сеть компактных городков, поэтому урбанистика связывает представление о компактности с идеей полицентричного города — города со множественными центрами, то есть магнитами притяжения горожан. Территорию вокруг каждого из таких магнитов — с учетом часто уже сложившейся застройки — гораздо проще привести в соответствие принципам компактности (и 15-минутности), чем целый город с одним лишь «ядром». Идея очевидная, но не самая простая в исполнении. Тем более, что человечество за последний век уже не раз пробовало ее реализовать.

Немного истории

В 1920-х годах аналог сети 15-минутных городских районов предложил городской планировщик Кларенс Перри, работавший в то время над генеральным планом Нью-Йорка. Он предложил менять город с помощью «квартальных единиц» (neighbourhood unit) — своего рода городов-спутников, призванных разгрузить растущий мегаполис. 

Идеальный квартал по Перри окружен магистральными трассами, но внутри — только местные дороги, что снижает лишний трафик. В квартале есть школа, система парков для отдыха и занятий спортом, ритейл вынесен на основные перекрестки, а сам квартал сформирован так, что люди больше общаются друг с другом, а значит, в нем есть сильное сообщество, позволяющее следить за развитием квартала и соблюдением норм застройки. Впрочем, этот план не охватывал одну из самых значимых причин ежедневной миграции: он не предусматривал расположения рабочих мест рядом с домом.

Развитие теория получила уже ближе к миллениуму. В книге «Лексикон нового урбанизма» Андреас Дуани и Элизабет Платер-Зиберк обратились к теориям Перри и заложили основу того, что сейчас представляют собой модели 5-, 15- и 20-минутных городов, которые, в отличие от концепций Перри, стали активно реализовываться.

Один из первых примеров — Сан-Франциско: город задался целью сделать так, чтобы от любого жилого дома до ближайшего парка можно было дойти пешком за 10 минут, и уже в 2017 году реализовал этот план.

Другой характерный пример пятиминутного города — канадский Ванкувер: город разделен на 120 кварталов радиуса 5-минутной прогулки. В центре каждого квартала — перекресток с уже развитым ритейлом и обязательно есть школа.

Диаграмма «квартальной единицы» Кларенса Перри для Нью-Йорка (1929)
Диаграмма «квартальной единицы» Кларенса Перри для Нью-Йорка (1929)
Город Сисайд, штат Флорида, спроектированный по проекту Андреаса Дуани и Элизабет Платер-Зиберк (1980). Проект и реализация
Город Сисайд, штат Флорида, спроектированный по проекту Андреаса Дуани и Элизабет Платер-Зиберк (1980). Проект и реализация
Советский микрорайон
Советский микрорайон

Советский опыт: суровая стандартизация

Опыт создания городов и жилых кварталов, где регламентировалось максимальное расстояние до объектов инфраструктуры, был и в советском строительстве. Еще в строительных нормах 1958 года уточнялось, что зона обслуживания детского сада должна составлять 500 метров, а позже ее и вовсе сократили до 300 метров; у школы — сначала 1 км, а затем 500 метров. Кроме того, в нормативах были зафиксированы радиусы обслуживания для аптек, поликлиник, предприятий торговли, общепита и домов быта. Но тут  есть два важных момента. Во-первых, сервисная инфраструктура в микрорайонах создавалась директивно. Информация о том, что нужно людям для комфортной жизни, черпалась из норм и правил. Никаких соцопросов и исследований реальных потребностей жителей Советский Союз не практиковал. Считалось, что сверху всегда виднее. 

Кроме того, структура микрорайонов была довольно однообразна: детские сады и аптеки располагались часто, а вот парков в шаговой доступности никто не обещал — как, собственно, и равномерно распределенных мест приложения труда. Отсюда и ставшее популярным в советское время понятие «спальный район», наследовавшее заветы Ле Корбюзье о четком функциональном делении городов: жилые массивы — в одном месте, а отдых, культурный досуг и, главное, места приложения труда располагаются в других частях города. Здравствуйте, трафик и пробки. Кроме того, в условиях рыночной экономики такое «директивное» расположение не работает: сервисы возникают там, где они нужны, а не там, где предписывают нормативы.

Постпандемийный лан развития (уплотнения) Парижа La Ville du 1/4 d’Heure Карлоса Морено и Анны Идальго
Постпандемийный лан развития (уплотнения) Парижа La Ville du 1/4 d’Heure Карлоса Морено и Анны Идальго

Современный взгляд на город «шаговой доступности»

Пожалуй, очевиднее всего связь компактного города шаговой доступности со здоровьем и благополучием жителей проявилась в период пандемии. Те, кто жил в районах с развитой инфраструктурой, даже в условиях ограничения передвижений, имели быстрый доступ к магазинам, аптекам и, что не менее важно, зеленым зонам. И даже когда период карантина прошел, общее неприятие к скоплениям людей никуда не делось. Вопрос о минимизации потоков людей в часы пик встал еще более остро. Неслучайно именно в 2020 году Анна Идальго победила на выборах в мэры Парижа с концепцией «La Ville du 1/4 d’Heure» — «города четверти часа». Ее разработал франко-колумбийский ученый Карлос Морено. Согласно его замыслу, 15-минутный город – это город, у жителей которого есть доступ к большинству услуг в непосредственной близости от дома. «Мы хотим, чтобы люди тратили меньше времени на дорогу на работу, за покупками, к врачу, в места культуры и отдыха. Отказавшись от одной лишь поездки на работу, можно сэкономить час утром и вечером», – говорит Карлос Морено. 

Чтобы это работало, Карлос Морено выделил 6 основных городских функций, которые важно обеспечить в пределах 15-минутной досягаемости: жилье, места приложения труда, магазины, здравоохранение, образование, досуг. То есть именно то, что в других схожих концепциях получило название LIVE WORK PLAY LEARN City. Для обеспечения этих функций пространство городов нужно переосмыслить с точки зрения параметров плотности, близости, разнообразия и повсеместности, внести соответствующие корректировки (парковки, к примеру, заменить небольшими парками) и добавить пешеходных/ велосипедных связей.

Ключевые положения проекта Морено, которую теперь реализует Идальго, укладываются в концепцию «хроно-урбанизма»: качество городской жизни рассматривается обратно пропорционально количеству времени, потраченному на повседневные перемещения. Этот простой на первый взгляд критерий мудрее, чем кажется: то, сколько времени, как и где мы проводим, перемещаясь по городу, напрямую связано с продолжительностью жизни.

В рамки «четверти часа» сейчас пытаются вписать не только Париж, но и Берлин, Эдинбург, Сиэтл, Нью-Йорк, Милан, Мадрид, Богота, Шанхай. Все эти города наращивают велосипедную и пешеходную инфраструктуру, создают офисные пространства «по соседству» от жилых домов и активно меняют розничную торговлю, отказываясь от скученности супермаркетов в пользу локальных рынков (тем более сейчас многое покупают онлайн). 

Пандемия показала, что не все могут и хотят работать из дома, но работать недалеко от дома – очень привлекательно. В Милане, к примеру, городские власти разрабатывают концепт, который называется «Близкая работа» (Lavoro prossimo), обустраивая дополнительные коворкинги — так называемые «хабы», — куда можно прийти поработать.

Реализация 15-минутного города в проекте ЗИЛ-Юг
Реализация 15-минутного города в проекте ЗИЛ-Юг
План жилого квартала ÁLIA от Asterus, созданного по принципу Work Live Play Learn City
План жилого квартала ÁLIA от Asterus, созданного по принципу Work Live Play Learn City

Тем временем в России…

Идея 10/15-минутного города заложена в новый Стандарт комплексного развития территорий, разработанный ДОМ.РФ и КБ Стрелка. В нем так или иначе выполняются принципы города, устойчивого к катаклизмам, сформулированные ООН-ХАБИТАТ: не менее 40 % в каждом районе отводится под коммерческие функции, а монофункциональные участки (только под жилье, только под коммерцию и т.д.) занимают, напротив, не более 10 %. Соблюдение этих пропорций стимулирует и уже действующий курс Москвы, закрепленный в РНГП (региональных правилах городского планирования): квартальная застройка, прозрачные первые этажи, сдающиеся в аренду под различные сервисы, и т.д.  Другой вопрос, что такие районы — потенциально новые центры Москвы — логичнее развивать как минимум в местах с хорошей транспортной доступностью, а в идеале — вблизи как можно большего числа прочих «благ цивилизации».  

Именно поэтому новые «точки роста» часто возникают на месте бывших промышленных территорий: пустуя и нуждаясь в переосмыслении в постиндустриальную эпоху, они обладают колоссальным потенциалом, так как, как правило, расположены на берегах рек или водоемов, имеют в своем распоряжении достаточные площади, коммуникации и инфраструктуру, которые можно использовать, и обладают «памятью места». А главное — они гораздо ближе к жителям периферийных районов, многие из которых по-прежнему вынуждены ездить в центр города на работу, в школу, музей или спортивную секцию. 

В  Москве уже есть проекты передового комплексного редевеломпента территорий, где не только прописаны, но и решены задачи создания разного типа застройки и формата жилья, гибкого многофункционального пространства, где есть место для работы, учебы, отдыха и спорта. В южной части бывшей промзоны ЗИЛа такой район может появиться уже к 2030 году, а в ЖК ÁLIA с примыкающим к нему бизнес-парком «Ростех Сити» концепция 15-минутного города уже реализована. С учетом всех прочих проектов на территории аэродрома Тушино, этот жилой район имеет все шансы стать одним из новых центров Москвы.

читать на тему: